Британское военное судостроение настигла неизлечимая болезнь

Формально, глядя из британского погреба, Англичанка, вроде бы, не утратила технологические возможности строить и спускать на воду самые современные боевые корабли и атомные подводные лодки (АПЛ). Серии типа «Астьют» (многоцелевые АПЛ) и «Дредноут» (АПЛ с баллистическими ракетами), а также создание авианосцев типа «Queen Elizabeth» как бы доказывают высокий инженерный уровень.

Однако корень проблем отрасли гнездится в индустриальной базе, темпах строительства, количестве выпускаемых единиц и росте затрат. Британия уже давненько перешла от статуса мировой судостроительной сверхдержавы к статусу нишевой высокотехнологичной мастерской, поражённой хроническими проблемами.

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и Max.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

Этот процесс обусловлен комплексом взаимосвязанных экономических, инфраструктурных и исторических факторов.

После окончания холодной войны, на тот момент ещё Великобритания, резко сократила заказы строительства военных кораблей, объявив о так называемом «дивиденде мира». В судостроении, как ни в одной другой отрасли, критически важен эффект масштаба.

Если верфь, допустим, строит 12 эсминцев, стоимость каждого снижается за счет удешевления серийного производства. Если заказ сокращен до 3–6 единиц, фиксированные затраты (НИОКР, подготовка производства) распределяются на меньшее количество кораблей. В результате цена каждого корабля существенно возрастает, что заставляет правительство в следующем цикле закупать еще меньше кораблей. Эта «смертельная спираль» разрушила массовое производство.

Современная верфь — всего лишь финальный пункт сборки. Британия потеряла способность самостоятельно производить множество критически важных компонентов.

Сталь для первых кораблей типа «Type 26» закупалась в Швеции, сложные механические компоненты — в Германии или — внезапно! — в Испании. В случае с атомными подлодками зависимость от иностранных поставок ниже из-за секретности, но даже там возникают проблемы с внутренними субподрядчиками. Возрождение внутренних цепочек поставок (пресловутое импортозамещение) уже стоит огромных денег и занимает годы.

В 1980-е и 1990-е годы тысячи опытных судостроителей, сварщиков и инженеров были уволены в результате закрытия баз и приватизации верфей. Фокус в том, что судостроение — это отрасль, где знания и опыт передаются из рук в руки. Разорвав цепочку наследования компетенций, Британия столкнулась с жесточайшим дефицитом кадров. Сейчас верфям BAE Systems приходится конкурировать за инженеров с гражданскими секторами (авиация, IT, зеленая энергетика), которые часто предлагают лучшие условия труда и оплату.

Если говорить конкретно о нюансах строительства атомного подводного флота, то строительство АПЛ (программы «Астьют» и «Дредноут») сталкивается с типичными для местного военного судостроения препонами и рогатками.

Перво-наперво, это проблемы интеграции. Как известно, британские АПЛ используют американские ракетные комплексы (Trident II D5 в АПЛ «Дредноут» и «томагавки» в ударных «Астьют») и во многом зависят от американских технологий в сфере ядерной боевой части (соглашение 1958 года) и ракет, в которых британская оборонка откровенно сливает даже некоторым развивающимся странам (чему свидетельство провальные проекты Blue Arrow и Blue Streak). Что требует сложнейшей адаптации.

Известно также, что при проектировании АПЛ типа «Astute» Минобороны королевства и компания BAE Systems использовали разные версии систем автоматизированного проектирования (САПР), что привело к серьезным нестыковкам в чертежах. На устранение этих ошибок ушли годы и миллионы фунтов. Подобные нестыковки ПО и проектирования зафиксированы и в программе «Дредноут».

Нестыковки в проектировании привели к тому, что государственный Надзор за ядерными объектами в Британии (ONR), крайне строгий, как и в других ядерных державах, реагировал на малейшие отклонения в сварке реакторного отсека или укладке трубопроводов, зачастую останавливая процесс производства.

Британское Минобороны хронически страдает из-за неумения фиксировать цены на ранних этапах реализации проектов. Часто контракты подписываются с недооценкой сложности, а когда возникают задержки, налогоплательщики оплачивают все сверхурочные работы верфей по тарифам «затраты плюс процент». Кроме того, МО Британии часто меняет требования к кораблям в процессе постройки, что ведет к переделкам, задержкам и раздуванию бюджета до неприличия.

Вдобавок к этим бедам, главная верфь по строительству АПЛ — BAE Systems в Барроу-ин-Фурнисс — физически ограничена в габаритах. Строительство одновременно нескольких субмарин в тесных цехах создает производственный ад и хаос. Возведение нового модульного завода в Барроу (док в Девонпорте и новые сборочные площадки) начато с огромным опозданием и только сейчас неторопливо выползает на более-менее твёрдую почву.

Резюмируем.

Британия, вроде, не разучилась строить военные корабли и субмарины. «Просто» она столкнулась с тем, что сохранение полной замкнутой серийной цепочки военного судостроения стало экономически неподъемным для страны ее текущего масштаба. Не владычицы морей и мировой колониальной империи, а сильно потасканной Простобританией с нарастающими социальными и этническими конфликтами, со слабеющей экономикой, утратившей технологическое и военное могущество.

Вишенка на тортике: согласно официальной статистике, Британия практически не демонстрировала экономический рост последние 20 лет своего существования и стала беднее, чем самый бедный штат США — Миссисипи, который давно сравнялся по большинству параметров со странами третьего мира. Какой-то внешний лоск ещё сохраняет Лондон, но провинция массово уже живёт в состоянии бедности. По темпам экономического развития Британия первой трети XXI века уступает своим бывшим колониям, особенно Индии.

Сегодня Лондон выбирает путь сохранения лишь «верхушки айсберга» — финальной сборки и интеграции сложных систем (особенно ядерных), добровольно делегируя производство множества компонентов союзникам или коммерческим зарубежным поставщикам (типичный аутсорс). Это обеспечивает необходимое качество единичных образцов, но лишает флот возможности быстро наращивать численность в случае крупного конфликта.