Переговоры в Абу-Даби. Бессмысленные и беспощадные

Переговоры в Абу-Даби, о которых так много говорили в СМИ, закончились ровно тем, чем и должны были закончиться. То есть – ничем.

Собственно, они лишь подтвердили то, что и без того было понятно: стороны давно определили свои позиции, отступать от них не собираются, а потому и говорить им, по большому счёту, не о чем. Можно сколько угодно изображать дипломатическую активность, рассказывать о конструктивной атмосфере и осторожном оптимизме, но от этого не появляется главное — предмет для торга.

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и Max.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

Отсюда, кстати, и удивительная скоротечность переговоров. Если раньше делегации могли просиживать за столом по десять-двенадцать часов, то теперь всё произошло с какой-то почти неприличной быстротой.

В первый день поговорили четыре с половиной часа, во второй управились вообще за два с половиной. И разошлись, даже без совместного брифинга, где могли бы напоказ пожать друг другу руки, как это давеча делали омбудсмены обеих стран.

Но, очевидно, уровень конструктива за закрытыми дверями был таков, что сил и желания изображать добродушие просто не осталось.

Отдельного упоминания заслуживает Зеленский, который в очередной раз продемонстрировал совершенно феноменальное понимание дипломатического такта. Буквально во время переговоров разошлись тезисы его интервью, сводившиеся к двум нехитрым положениям: ничего мы уступать не собираемся, а вообще… хорошо бы, чтобы Путин поскорее умер.

Трудно придумать более удачное сопровождение мирных переговоров. Особенно если действительно рассчитываешь о чём-то договориться с человеком, которому одновременно желаешь смерти.

Впрочем, в данном случае Зеленский хотя бы последователен. Его задача, судя по всему, заключается не в поиске компромисса, а в том, чтобы любые переговоры происходили, но ни к чему не приводили. Чтобы можно было одновременно демонстрировать Вашингтону готовность к миру… и собственной аудитории — непреклонность в борьбе до победного конца.

Но гораздо интереснее другое.

В сухом остатке у Трампа больше нет ничего существенного, что он мог бы предложить России. А у России нет никакого смысла добиваться от Трампа уступок, цена которых меньше стоимости бумаги, на которой они будут записаны.

Дело даже не в личной ненадёжности американского президента. Дело в том, что его политический ресурс стремительно исчерпывается. Через полтора месяца Трамп в значительной степени превратится в тыкву. После изменения политической конфигурации в Вашингтоне ему станет гораздо труднее не только проводить какие-то крупные внешнеполитические решения, но и гарантировать исполнение уже достигнутых договорённостей.

А значит, возникает простой вопрос: зачем Москве сегодня соглашаться на серьёзные уступки в обмен на обещания человека, который завтра может оказаться неспособен эти обещания выполнить?

Второе обстоятельство, пожалуй, ещё показательнее.

Единственным сколько-нибудь предметным сюжетом этих переговоров стало навязчивое желание американцев и украинцев каким-нибудь боком впихнуть в переговорный процесс европейцев. Тех самых европейцев, которые там, с российской точки зрения, совершенно не нужны. Более того, их участие способно окончательно похоронить даже теоретическую возможность договориться.

И дело не только в откровенно антироссийской позиции европейских столиц. Проблема гораздо глубже. Включение Европы в переговоры означает не расширение возможностей для компромисса, а увеличение числа участников, каждый из которых получает возможность этот компромисс заблокировать.

Если между Москвой и Вашингтоном ещё можно представить какую-то сделку, основанную на взаимном признании интересов и возможностей, то с участием европейцев переговоры немедленно превратятся в бесконечное согласование позиций между несколькими центрами силы. Причём центрами, которые не только не способны предложить России ничего привлекательного, но и сами между собой далеко не во всём согласны.

Зачем России добровольно соглашаться на такую конструкцию? Чтобы потом выяснять отношения не только с Вашингтоном и Киевом, но ещё с Брюсселем, Берлином, Парижем и Лондоном? Чтобы любой достигнутый компромисс можно было месяцами обсуждать, пересматривать и в конце концов похоронить под предлогом несогласия очередного европейского участника?

Судя по всему, именно с этим замечательным предложением Кушнер и собирается завтра ездить Путину по ушам во время анонсированного визита в Москву.

Но здесь, похоже, российская сторона наконец заняла достаточно твёрдую позицию. И вряд ли согласится добровольно усложнять и без того практически безнадёжный переговорный процесс, приглашая к столу дополнительных участников, заинтересованных прежде всего в том, чтобы Россия не получила желаемого результата.

Кстати, едва ли не лучшей иллюстрацией безрезультатности переговоров в Абу-Даби, даже без всяких официальных коммюнике и дипломатических комментариев, стала фотография с пресс-выхода «Витька и Зятька» в окружении членов украинской делегации.

Если бы стороны действительно сумели хоть о чём-нибудь существенном договориться, логично было бы ожидать, как минимум, совместного выхода представителей всех участников переговоров.

А здесь мы видим американских представителей в компании украинских подопечных. И возникает совершенно закономерный вопрос: ребята, а вы вообще в каком качестве приезжали в Абу-Даби? Мирить воюющие стороны или сопровождать украинскую делегацию? Потому что по этой фотографии складывается впечатление, что с ролью посредников у вас возникли некоторые затруднения.

В этом и состоит главная проблема трамповской дипломатии. Если вы выступаете посредниками между двумя воюющими сторонами, то почему на итоговой фотографии рядом с вами присутствует только одна из них? Причём украинские переговорщики буквально жмутся к американцам, словно малые дети к матери, крепко ухватившись за её руку.

Всё это подводит к довольно простому и неприятному выводу: дипломатический ресурс нынешнего этапа переговоров практически исчерпан.

Россия не видит причин отказываться от своих требований. Украина не готова принимать условия России. Соединённые Штаты не способны предложить такую комбинацию выгод и гарантий, которая заставила бы одну из сторон изменить позицию. Европейцы же, вместо того чтобы помочь разрешить это противоречие, стремятся стать ещё одним самостоятельным участником конфликта интересов.

В такой ситуации переговоры могут продолжаться сколько угодно. В Абу-Даби, Стамбуле, Женеве или где-нибудь ещё. Можно менять состав делегаций, придумывать новые форматы, назначать специальные комиссии и объявлять каждую очередную встречу историческим шансом на мир. Но всё это будет лишь дипломатическим сопровождением войны, а не способом её закончить.

Иначе говоря, воевать будут до талого. И решать исход войны будут не переговорщики в дорогих костюмах, а положение на фронте. Именно там, а не за столом переговоров, будет определяться содержание будущего мирного соглашения. Если оно вообще появится в обозримом будущем.

Впрочем, один возможный положительный результат у встречи в Абу-Даби всё-таки есть. Обмен пленными. И если он состоится, то хотя бы у кого-то будет настоящая радость.

И, пожалуй, это единственное, ради чего вся эта бессмысленная дипломатическая карусель действительно стоила потраченного времени.