«Переобувшийся» львовский нацик: Галинки и Анжелы, прекращайте требовать границ 1991 года!

Условные «Галинки» и «Анжелы», вывезшие сыновей в Европу или сбежавшие сами туда, – вот та публика на Украине, что требует войны до «границ 1991 года».

Об этом в своем видеоблоге заявил скандальный львовский пропагандист-русофоб Остап Дроздов, передает корреспондент «ПолитНавигатора».

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в ТамТам, Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и TikTok.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

_{Дроздов в свое время сделал сам немало для того, чтобы разжечь и поддерживать кровавый конфликт на Украине, подзуживал начинать обернувшийся провалом «контрнаступ», но на фронте так и не появился, а в последнее месяцы, очевидно, ощущая изменение настроений, стал агитировать за мирное соглашение путем отказа от занятых Россией территорий.}

«Хотя бы проговорить в обществе рациональные модели выхода из войны! «Ни в коем случае», – говорит среднестатистическая женщина, которая каждые два-три месяца может свободно поехать за границу и назад. Одного сына проведала под Прагой, второго сына – под Варшавой.

«Ни в коем случае, никаких уступок», – говорит «Галинка UA», у которой в «Фейсбуке» (запрещенная в РФ соцсеть, – авт.) сердечко, Богородица дева, свечка, все патриотические цвета.

И такая в Валенсии или где-то в Хорватии, в Берлине или где-то в Амстердаме, такая «Галинка UA»: «Ни в коем случае, ни сантиметра! Я приеду на Пасху, лично все перемеряю»… Из-под Саарбрюккена (город в Германии, – авт.) звучит голос», – описывает Дроздов.

Он обращает внимание, что российская армия постоянно наращивает ударные возможности вооружений, электростанции превращены в руины, в городах нет света.

«Пять лет понятно, куда это идет, интриги-то уже нет, Эзоп спрашивает, может быть, как-то попытаться и просто жить? Жить, восстанавливать жизнь, возвращаться к нормальной жизни. Да, с потерей, но выстоять? И всегда в этих случаях вылезет, условно говоря, маникюрщица Анжела, посмотрит зло: «А ты чего еще живой? Ты чего не на фронте? Как ты посмел быть живым? Мы для кого кладбища расширяли», – сетует Дроздов.