Феминизм курильщика. The New York Times пишет, как война загнала тысячи украинок в шахты
«Женщины в шахтах и на заводах: война в Украине стирает гендерные границы, – материал с таким заголовком пишут на сайте американской The New York Times.
«На фоне массовой мобилизации на Украине женщины все чаще занимают рабочие места, на которых ранее в основном трудились мужчины, Так, в Павлограде (Днепропетровская область), на одном из предприятий ДТЭК, крупнейшей частной энергетической компании в стране, в ВСУ мобилизовали тысячу мужчин — пятую часть всего коллектива. Чтобы их частично заменить. администрация наняла в шахту 330 женщин, чтобы восполнить нехватку кадров», – говорится в публикации.
Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в ТамТам, Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube, TikTok и Viber.
![«Женщины в шахтах и на заводах: война в Украине стирает гендерные границы, – материал...](https://m.politnavigator.net/wp-content/uploads/2024/08/11ukraine-women-industry-01-bmgj-superJumbo.jpg)
«Их помощь огромна, потому что многие мужчины ушли воевать», — уитирвет газета начальника шахты Сергея Фараонова.
Сотрудницы в том числе управляют конвейерами, которые поднимают уголь на поверхность, трудятся инспекторами по технике безопасности и водят поезда, которые курсируют между различными секторами шахт, отмечает газета.
«Я бы никогда не подумала, что буду работать в шахте», — рассказывает 21-летняя Карина Яцина, которая в прошлом работала няней. Девушка пояснила, что о вакансии ей сообщили друзья, сказавшие о хорошей зарплате и щедрой пенсии.
Яцина рассчитывает делать карьеру и хочет стать техником-электромехаником.
Несколько других женщин рассказали изданию, что устроились в Покровске (город в западном Донбассе, к которому сейчас подступают ВС РФ) в шахту компании «Метинвест», крупнейшего производителя стали на Украине, поскольку это было вариантом стабильной работы в условиях разрушенной боевыми действиями экономики, говорится в статье.
Бывшая продавщица Валентина Коротаева говорит, что потеряла работу после того, как рядом с ее магазином упала ракета, и его владельцы решили закрыть бизнес. Теперь женщина работает крановщицей в шахте.
Бывший детский психолог Юлия Коба, работающая в той же шахте, что и Коротаева, сказала, что коллеги-мужчины скептически относились к ней, но со временем «постепенно преодолели гендерные стереотипы».
В материале говорится, что шахта стала возможностью для десятков тысяч людей получить стабильную работу в условиях разрушенной войной экономики. Несколько женщин сказали, что работа в шахте стала способом принять участие в боевых действиях, поддерживая украинскую экономику, пока мужчины сражаются на фронте.
Кроме того, добавляет издание, многие украинки стали водителями грузовиков или автобусов, сварщиками на сталелитейных заводах и складскими рабочими. Тысячи украинок добровольно вступили в армию.
Издание напоминает: после начала войны правительство Украины отменило действие закона, который запрещал женщинам работать под землей и во вредных и опасных условиях.
По данным Всемирного банка, до начала боевых действий доля работающих женщин на Украине составляла 47%. После начала конфликта, по оценке главы Киевского центра экономической стратегии Глеба Вышлинского, около 1,5 млн, или 13%, из них покинули страну.
По словам эксперта, которые приводит издание, сейчас доля женщин, которые работают, выросла по сравнению с показателем до начала боевых действий, но «слишком многие покинули Украину, чтобы страна могла справиться с нехваткой рабочей силы».
Понятное дело, что такого рода вызванные войной социальные изенения не могли не сказаться на традиционной модели украинской семьи. Впрочем, это тема для отдельного исследования. Для нас же в этом контексте интересно то, что вынужденно наследуя соответствующие советские социальные практики времен ВОВ, украинское общество в лице его дискурсивных поводырей продолжает осуждать положение женщин в СССР.
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Спасибо!
Теперь редакторы в курсе.